| Статья написана 30 мая 2018 г. 00:02 |
![](https://www.carti.md/image/cache/catalog/data/9785235031388-12374-800x800.jpg)
Филюшкин А. И. Андрей Курбский. М.: Молодая Гвардия, 2008. 299 с. ISBN 978-5-235-03138-8 В постсоветское время серия "Жизнь замечательных людей" сильно расширила свои рамки. В ней стали выходить биографии интересных, но спорных исторических деятелей. Одним из новых героев стал, сбежавший из России в Литву, князь Андрей Михайлович Курбский, биографию которого написал А. И. Филюшкин. Курбский обессмертил своё имя не столько побегом ,сколько последующей перепиской с Иваном Грозным. Но, что известно о нём кроме этого? В первой главе (всего в книге их семь) разбираются основные исторические мифы об Андрее Курбском. Реальный князь оказался вытеснен своими двойниками. В значительной степени виноват в таком положении сам князь Андрей, который в полимичеком задоре многое придумал. В результате появилось минимум три князя — первый диссидент в русской истории, истинный патриот — тираноборец и эталонный предатель. эти образы существуют параллельно и давно живут своей жизнью. Образами князя прекрасно пользуются в своих целях пропагандисты разного толка. Что до их прототипа, то известно о нём не так много. Вторая глава, рассказывающая о ранних годах Курбского построена на косвенных данных. О детстве князя ничего неизвестно. Можно лишь сказать, что происходил он из рода ярославских князей, отец и дед были стронниками Соломонии Сабуровой и впали в немилось после расторжения её брака с Василием III. Первые документальные свидетельства жизни князя относятся в 1547 году, когда Курбскому было 19 лет и он уже нескоторое время был на государевой службе. По традиции, он начиналась с 15 лет. Но и в более поздней биографии русского периода жизни князя, которой посвящена третья глава, есть пробелы. Основным источником по этому периоду его жизни стала "История о великом князе Московском", написанная в годы эмиграции. На её страницах Андрей Курбский предпочёл не упоминать о своей роли во взятии Полоцка и некоторых других событиях. Скорее всего это было сделано из нежелания злить литовских читателей. В ходе различных кампания Андрей Курбский показал себя храбрым человеком, хорошим, но не великим полководцем, в жизни которого были не только победы, но и поражения. В карьере Курбского были влны и падения, но в итоге он дослужился до наместника в Ливонии. Находясь на этой должности Курбский и совершил свой побег ,которому посвящена четвёртая глава. О своей деятельности на посту наместника князь не распространялся, но немногие имеющиеся на сей счёт данные говорят, что действовал он далеко не блестяще. Более того во время пребывания на посту ливонского наместника Курбский увлёкся книгами, что могло стать одной из причин его побега. Дело в том, что в те годы православный мир, живший по летоисчислению от сотворения мира ждал конца света, а когда тот не наступил, дату стали переносить. В идеологических построениях того времени царя объявляли новым мессией. Но часть духовных мыслителей воспринимала такие построения скептически, а некоторые и вовсе сочли, что Иван Грозный антихрист, или находится под его влиянием.
Скептический взгляд на Ивана Грозного как нового мессию разделял и Курбский. Впрочем, изобразить его борцом с посланцем сатаны не не даёт сам князь Андрей. Во-первых, в своём первом послании Ивану Грозному, царь ещё не приравнивается к антихристу. Во-вторых, причиной побега Курбский называет не желание бороться с исчадием ада, а обиды и притеснения со стороны монарха. Более того, в сохранившихся письмах Курбского к старца Виссариону Муромцеву есть указание на какой-то инцидент, подвигший князя на побег. О каких -либо подробностях источники умалчивают, но известно, что Грозный считал дело пустяком, а на Курбского оно произвело пагубное впечатление. Но и версия Курбского не отражает всех сторон дела. Известно, что задолго до своего побега он вступает в переписку с витебским воеводой М. Ю. Радзивиллом. В военное время этого уже достаточное основание для обвинений в измене. Переписка не сохранилась, но из судебных тяжб конца XVI века и завещания Курбского известно, что речь шла о гарантиях содержания в случае побега в Литву. Сейчас сложно сказать оказывал ли князь какие-то услуги до перехода границы, но несомненно, что на это мероприятие он решился только после получения гарантий своего материального положения ,а подготовка побега шла долго и тщательно. Жизнь Андрея Курбского на чужбине практически неизвестна в России. и потому пятая и седьмая главы книгу представляют особый интерес. Получив имение на Волыне, князь принимает участие в военных походах против России, обороне южных рубежей от татар и занимается общественной деятельностью. Андрей Курбский стал ярым борцом за православную веру в Литве, а после её нии с Польшей продолжил дело в новом государстве. Надо отдать князю должное — он сделала очень много. Осознав недостаточное количество переведённых священных текстов, Андрей Курбский начинает учить греческий и латинский языки, лично переводит книги, занимается изданием священных текстов и вступает в полемику по религиозным вопросам с католиками и протестантами. Однако деятельность князя не находит широкого отклика. Сочинения Курбского (как посвящённые вопросам религии, так и написанные об Иване Грозном) стали читать только в XVII веке. Другой стороной жизни князя в Литве и Речи Посполитой стали постоянные войны с соседями и многолетние судебные тяжбы. Столкнувшись с нападениями на выделенные ему земли и неспособностью местных властей пресечь разбой соседей, Курбский быстро сориентировался в ситуации и начал платить той же монетой. Уровень немощи центральной власти Речи Посполитой хорошо иллюстрирует одна из судебных тяжб Курбского. В 1579 году он собрал отряд для участия в кампании под Полоком. За это князя освободили от уплаты налогов. Но сумма льгот не компенсировала затрат на подготовку людей. За дополнительной компенсацией князь Андрей обратился к сборщику податей по Волынкой земле Василию Борзобогатому — Костенскому и получил отказ. Курбский не успокоился и дошёл до короля. Стефан Баторий приказал Котенскому возместить издержки князя из собственных средств (были основания считать, что тот присвоил себе казённые деньги), но Костенский находил различные уловки, чтобы избежать выплат. В итоге его объявили вне закона. Дальнейшие события, по меткому замечанию автора книги, напоминают фарс. Победитель Ивана Грозного издаёт всё новые указы, предписывающие волынской шляхте собрать ополчение и атаковать своевольного пана, но местные дворяне сидели сложа руки — "москаль" Курбски не пользовался популярностью на волынской земле. Когда же решать вопрос прибыл королевский отряд, местные дворяне выступили на стороне преступника и обратили в бегство людей короля огнём из пушек. После этого князь перестал добиваться возмещения убытков. Эта история и многие другие дела Курбского на Волыне вызывают недоумение. Человек, за плечами которого участие во взятии Казани и Полоцка тратит силы и время на сутяжничество, разбойные набеги и оборону своего имения. Не закончились тяжбы и после смерти князя. В итоге его семья потеряла полученное от короля имение. В Речи Посполитой потомки князя не особо прославились, а род присёкся на внуках. Точное нахожденние могилы князя неизвестно. Такова была судьба предателя. Но почему же сей недостойный сын своего отечества занял в истории столько места,что удостоился многовековых споров о себе? Ответ сокрыт в литературной деятельности князя — изменника. После побега в Литву Курбский вступил в переписку с Иваном Грозным,в ходе которой он создал историческую схему о двух Иванах. Она эволюционировала со временем. Изначально Андрей Курбский объяснял свой побег притеснениям со стороны Ивана Грозного и гонениями на лучших людей страны, царём попавшим под влияние антихриста. В последствии он заимствовал у своего оппонента идею о том, что пострадавшие узурпировали царскую власть. Но, если у Грозного они изменники, то у Курского те, кто приавли мирно и сдерживали необузданный нрав монарха. Как только их отстранили от власти страну захлестнула волна террора. Что до Ивана Грозного, то в поздних трудах курбского он стал антихристом и долг каждого христианина вступить в борьбу с ним. Поразительно, но перечисляя многочисленные злодеяния Ивана Грозного, Андрей Курбский умудрился не сказать о самом страшном его поступке — опричнине. Дело в том, что между устранением "лучших людей" и её введением прошло несколько лет, а это не вписывалось в созданную Курбским схему. Можно сказать, что под пером Курбского "опричнина" пала жертвой принципа "если факты противоречат моей теории, тем хуже для фактов". А поскольку на сочинения Курбского опирался Н. М. Карамин, при написании посвящённых Ивану Грозному глав "Истории государства Российского", то придумання беглым князем конструкция пошла в массы. Можно сказать, что через перо Карамзина Андрей курбский отомстил Ивану Грозному, навязав свой взгляд потомкам. И от этого взгляда они до конца не освободились по сей день. Таким был Андрей Михайлович Курбский — яркая и неоднозначная личность, давно ставшая символом. Но написанная А. И. Филюшкиным биография, не только история Андрея Курбского. Это тк же рассказ о непростой и важной вехе русской истории. О том, что двигало воинами, идущими на приступ Казани, о восприятии мира нашими предками, их чаяниях и надеждах. Это рассказ об отличии России от её тогдашних соседей и многом другом. Книга достойна того, чтобы быть купленной и прочитанной всеми ,кто интересуется историей России.
|
| | |
| Статья написана 7 июля 2017 г. 23:18 |
![](http://www.aviapress.com/book/rvz/rvz003.jpg)
Филюшкин А. И. Закат северных крестоносцев. "Война коадъюторов" и борьба за Прибалтику в 1550-е гг. М.: Фонд "Русские витязи", 2015. 72 стр. ISBN: 978-5-9906036-6-0 Так исторически сложилось, что правление Ивана IV Грозного (за жестокость прозванного "Васильевичем" )) обросло множеством мифов, к созданию которых приложили руку как ненавистники этого царя, так и его фанаты. Не стали исключением и события известные как "Ливонская война". В числе их причин называют многое — от "московитского империализма" до необходимости иметь выход к морю, которую осознал мирный и мудрый правитель. В этих полярных мнениях есть одно общее место. Они предполагают наличие программы действий в отношении Ливонского Ордена. Совсем иначе на проблему смотрит А. И. Филюшкин. С его взглядами по этому вопросу можно ознакомиться в работе "Закат северных крестоносцев". Война коадъюторов и борьба за Прибалтику в 1550-е гг". Сразу отвечу на вопрос, который наверняка возник у части читателей этих строк. Коадъютор — это епископ, которого Папа назначает дополнительно, когда епархиальный епископ не вс состоянии справится со своими обязанностями без посторонней помощи. "Войной коадъюторов" называют, случившуюся незадолго до выступления России против Ливонии, попытку Польши и Пруссии подвинуть на пост Рижского коадъютора своего ставлениика, в ходе которой войска Ордена продемонстрировали полную неспособность защищать свои границы. Как следует из работы Филюшкина, какому положению орден шёл долго и упорно. К середине XVI века Ливония не представляла из себя серьёзной силы. Эта земля могла выставить до 7 тыс. воинов, 3 из которых обестпечивал Орен, а 4 тыс. давали епископства и города. Многочисленные крепости морально устарели и не могли выдержать огонь артиллерии. К тому же они строились не столько для обороны от внешней угрозы, сколько для контроля за покорённым населением. Ливонию сотрясали внутренние распри, к которым прибавилось эхо реформации, а доблестное рыцарство деградировало настолько, что больше походило на балаган, чем на какое-то подобие военной силы. Не удивительно, что в дела Ливонии лезли все кто мог. Не стала исключением в этом списке и Россия. В 1554-м году Иван Грозный вспомнил о "Юрьевой дани". Её истоки теряются в веках, а к середине XVI века упоминания о дани стали скорее дипломатическим ритуалом. Но на сей раз всё было иначе. Русские послы грозили войной в случае, если не будет произведена выплата задолженности. Согласившись выплатить необходимую сумму через 3 года, ливонские дипломаты пошли на хитрость. Чтобы не гневить вышестоящих, они внесли в немецкую версию договора изменения. Там было записано, что Орден обязуется провести расследование о "Юрьевой дани", а не собрать деньги на её выплату. Не удивительно, что русские дипломаты не поняли такого юмора ,когда настало время получать выплату. В науке нет единого мнения было ли требование выплаты попыткой поставить Ливонию в зависимость, или же способом пополнить казну. Впрочем, это второстепенно. А. И. Филюшкин указывает. что в действиях русских дипломатов не прослеживается поиска casus belli и началась она по большому счёту случайно. Не мог наследник римских императоров оставить без ответа такую наглость. Интересно, что осознав всю серьёзность ситуации, ливонцы начали торговаться о сумме выплаты и обвинять во всём нерадивых переводчиков, но было уже поздно. Как же могли послы ордена допустить такую вольность? Во-первых, они боялись разгневать правителя ордена. Во-вторых — и это куда важней — ливонцы больше боялись, что им придётся отправиться на войну за тридевять земель по призыву императора Священной Римской Империи, чем русских войск. Впрочем, сюжет о "Юрьевой дани" лишь часть того, что есть в этой замечательной книге. "Закат северных крестоносцев" в первую очередь интересен подробной картиной клубка противоречий возникшего на территории богатого, но находящегося в упадке государства.
|
| | |
| Статья написана 6 января 2017 г. 14:04 |
В первом номере журнала "Историк" за 2017-й год перепечатали статью А. И. Филюшкина о том почему не стоит доверять тому как Н. М. Карамзин описал Ивана Грозного. Вервые её оубликовали в альманахе "Тетради по консеватизму". Привожу текст о первой публикации. http://art2411.livejournal.com/22571.html
|
| | |
| Статья написана 22 августа 2016 г. 23:44 |
![](http://i63.fastpic.ru/big/2015/0314/65/9cc6cc7c3f1cd28ce5852dca70f03f65.jpg)
Яковенко Н. Н. О"черк истории Украины в Средние века и раннее Новое время". М., "Новое литературное обозрение", 2012. 768 с. ISBN 978-5-86793-969-4 У войны есть очень интересное свойство — она вызывает резкий всплеск исторической литературы об участниках конфликта. Не стала исключением и гражданская война на Украине. За последние два года в России вышло больше книг про Украину, чем за все предыдущие годы с момента распада СССР. Качество их различно – от откровенного бреда до очень качественных и серьёзных исследований. Впрочем, у большинства недавно изданных книг есть один общий недостаток. Как правило, они посвящены частным вопросам и не дают читателю общей картины украинской истории. Это тем более плохо, из-за откровенной дури авторов постсоветских учебников истории, которые начали вырезать из них все не связанные на их взгляд с историей конкретной республики. В итоге это привело к серьёзному искажению восприятия исторических собый и лишило людей необходимого минимума знаний. Одним из немногих исключений стала изданная в издательстве "Новое литературное обозрение" книга профессора Киево-Могилянской академии Н. Н. Яковенко "Очерк истории Украины в Средние века и раннее Новое время";, охватывающая период от времён легендарного Кия до ликвидации запорожской сечи в XVIII веке. Книга позиционируется как альтернативная точка зрения на историю Украины. Вместо истории о страданиях народа в борьбе за независимость, или рассказа об истории в рамках государственных границ, читателю предлагается посмотреть на историю Украины через призму встречи разных культурных традиций и их взаимодействия. Работа носит научно-популярный характер и рассчитана на массового читателя – справочный аппарат представлен только именным указателем, кратким списком литературы и списком иллюстраций, которых насчитывается более двух сотен. Кроме этого перевод русского издания был проверен автором, а его научным редактором выступил известный украинский историк А. П. Толочко. Начало многообещающее, но что же получилось в итоге? Прежде всего, отмечу, лёгкую доступность изожженного материала для читателя. Книга написана простым и понятным языком, а подборка изображений даёт неплохой наглядный материал. Однако сам материал вызывает ряд вопросов. Обещанный взгляд через призму столкновения культур оказался фикцией. Само деления книги на 6 частей сильно напоминает структуру «Иллюстрированной истории Украины» М. С. Грушевского. Полного сходства конечно нет (имеются хронологические отличия, а части книги сильно отличаются по объёму), но его достаточно для проведения параллелей. Хотя территория современной Украины была в составе нескольких государств, события, происходящие в этих государствах, за пределами границ современной Украины практически не затрагивается. Кроме того всё внимание автора концентрируется на территориях, которые можно отнести к украинским, по этническому признаку. В итоге, имеется салат государственного и народнического взглядов, но никак не новый. Вызывает вопрос написание имён ряда исторических деятелей (например, Даниила Галицкого и Филиппа Орлика) в украинской транскрипции, хотя в русском языке и исторической литературе есть устоявшаяся традиция написания имён исторических деятелей. Никто не будет называть Карла Великого Шарлем, а Генриха VIII Хенри. Впрочем подобные особенности изложения, перевода, а так же вопросы о корректности употребления некоторых терминов ,меркнут по сравнению с использованием в качестве исторических источников фальшивок. Пожадуй , самым вопиющим примером можно назвать так называемое письмо Оливера Кроммвеля Богдану Хмельницкому. От которого сохранился только фрагмент с титулованием гетмана. То, что найденный в XIX веке текст не корректно приписывать Кроммвею ещё в 50-х годах прошлого века доказал более чем пол века назад американский историк украинского происхождения Любомир Винар ,который прямо указал на отсутствие в английских архивах следов переписки Комвелля и Хмельницкого, а так же на не соответствие текста титулования нормам принятым в революционной Англии. На фоне такого утверждения, что Алексей Михайлович оказал Хмельницкому поддержку, чтобы вернуть утраченные в Смоленской войне земли и именование гравюры русского всадника из «заисок о Московии» Герберштейна турецким всадником выглядят мелочью. Не исключаю, что человек более компетентный в вопросах украинской истории найдёт в книге и другие ошибки. http://m.fictionbook.ru/static/bookimages..." width="" />
"Турецкий всадник" Натальи Яковенко. Справедивости ради замечу ,что в книге есть ряд интересных наблюдений. Поэтому я не могу сказать, что потраченное на неё время потрачено зря. Впрочем , рекомендовать к почтению «Очерк истории Украины в Средние века и раннее Новое время» не представляется возможным. Простому читателю книга не даст ничего нового по сравнению с «Иллюстрированной историей Украины», а наличие в тексте фальшивых документов не внушает к работе доверия. Сециаисту книга будет мало интересна. Справочный аппарат отсутствует, что сводит на нет ценность данной работы как обобщающего труда.
|
| | |
| Статья написана 29 июля 2014 г. 23:55 |
![](http://static2.ozone.ru/multimedia/books_covers/1000913489.jpg)
Уильям Макнилл (Мак-Нил) "В погоне за мощью. Технология, вооруженная сила и общество в XI-XX веках (The Pursuit of Power: Technology, Armed Force, and Society since A.D. 1000." М. "Территория будущего". ISBN 5-91129-020-0; 2008 г. Революции бывают разные – «славные», «французские», социалистические, национальные, «оранжевые», научно-технические и многие другие. Все они взаимосвязаны между собой имеют последствия в самых разных областях. Не стала исключением и такая, специфическая на первый взгляд, область как военное дело… В странах бывшего социалистического лагеря Чикагский университет ассоциируется с неолиберальными концепциями Милтона Фридмана, но Чикагский университет в разное время предоставлял работу большому количеству специалистов в разных областях науки, которые, как минимум, не менее известны. Среди них один из самых известных американских историков Уильям Макнилл. Макнилл родился 31 октября 1917 года в Канаде. В 1938-м году он получил степень бакалавра искусств в университете Чикаго, а через год стал магистром. Принял участие во Второй Мировой войне, после которой получил докторскую степень в Корнельском университете. После чего стал преподавать в Чикаго. В 1985 году, его избрали президентом Американской исторической ассоциации, а в 2010-м наградили Национальной гуманитарной медалью США. За свою карьеру он написал более 20 книг, самой известной из которых стала «Восхождение Запада», опубликованная в 1963-м году. В этом труде, объёмом в тысячу страниц, Макнилл предпринял попытку ответить на вопрос, почему Европе удалось вырваться вперёд, а другие цивилизации не смогли удержать пальму первенства. В дальнейшем, он дополнил «Восхождение Запада» двумя книгами-примечаниями «Plagues and Peoples» и «В погоне за мощью . Технология, вооруженная сила и общество в XI-XX веках», о которой и пойдёт речь. В этой книге Макнилл рассматривает влияние на историю макропаразитизма. Под этим термином он понимает вооружённые силы, поскольку они в состоянии обеспечить своё существование без участия в производстве прибавочного продукта. Таким образом, книга превращается в исследование взаимодействия технологий вооружённых сил и общества в разных уголках мира, которое строится на основе концепции технологического детерминизма, согласно которой технологические инновации ведут к радикальным изменениям в обществе. В неё удачно вплетены идеи диффузионизма, согласно которым те или иные новшества распространяются благодаря колонизации торговле и завоеваниям, и концепции военной революции, предполагающей, что изменения в военном деле ведут к изменениям во всём остальном. Кроме любопытной теоретической части в книге содержится немало интересных наблюдений и выводов. Так, Макнилл считает, что достигнутые Китаем успехи в науке и технике были погублены из-за господства конфуцианской морали, которая порицала войны и излишнее обогащение и подчиненное положение предпринимателей по отношению к бюрократии, которая этой морали следовала. В то же время, в Западной Европе. из-за слабости центральной власти и частого слияния торговли с разбойничьими набегами, предприниматели были склонны организовывать защиту самостоятельно, что привело к зарождению военного предпринимательства, и, как следствие, серьёзному прогрессу в военном деле. Другим образцом влияния войны и технологий на общество может служить следующий, приведённый в книге, пример. Внедрение Самуэлем Кольтом в производство оружия токарного станка позволило создать массу относительно дешёвого оружия, с взаимно заменяемыми деталями. Это нововведение, в купе с увеличением транспортных возможностей, дали жизнь миллионным армиям. Для укомплектования и верности таких армий требовалась лояльность народных масс, что привело к расширению гражданских прав и росту социальных гарантий. Макнилл хорошо показывает, что расхожее выражение «война двигатель прогресса» не соответствует истине из-за склонности военных к консерватизму в вооружении и тактике. Причина этого кроется в том, что освоение новых приёмов ведения войны и вооружения приводят к временному падению боеспособности армий. Ситуация меняется только, когда появляются гражданские технологии, которые сильно опережают военные или у врага появляется резкое преимущество. На роль наглядного примера прекрасно подходит Великобритания, чей флот только в 1889 году решил перейти на казнозарядные орудия. Всё это переплетение концептуальных размышлений и разнообразных фактов из истории военного дела, общества и техники написано неплохим языком, легко читается и снабжено богатым иллюстративным материалом. Не избежала книга и недостатков. Во-первых, хотя это и самостоятельное произведение, писалось оно как большая сноска к «Восхождению Запада» и в некоторых местах заметно, что ознакомление с основной книгой способствует их лучшему пониманию. Во-вторых, ни один человек не способен светить столь масштабную тему без ошибок и неточностей. В-третьих, с момента написания книги до её публикации на русском языке прошло 26 лет, и она, в отличии от того же «Восхождения запада», не подвергалась дополнению и переработке. Эти недостатки могли бы нивелировать примечания написанные С. А. Нефёдовым, но их немного, а часть, мягко говоря, спорная. В итоге мы имеем редкое сочетание заумной книги и популярной литературы.
|
|
|